Эксперты обсудили некоторые аспекты внешней политики Кыргызстана

 20.01.2012

19 января 2012 года в Институте общественной политики состоялась встреча экспертов, посвященная внешнеполитическим вопросам, где особое внимание было уделено перспективам сотрудничества Кыргызстана и Турции.

В своем выступлении Шерадил Бактыгулов, эксперт по государственному управлению отметил: «За последние 20 лет во внешней политике Кыргызстана практиковались подходы, зачастую противоречащие друг другу. «Усыпляющая» риторика многовекторности времен А.Акаева в годы правления К.Бакиева сменилась претензией на «творца» мировой политики. Президентство Р.Отунбаевой прошло под знаком необходимости признания международным сообществом новой конфигурации власти в стране.

Каждый из этих подходов принес их инициаторам свои плоды, как положительные, так отрицательные. Можно много дискутировать о значении каждого из подходов и их результатах. Но сегодня мы остановимся на более широкой картине. Она характеризуется двумя параметрами.

Внешнеполитические интересы страны произвольно определялись произвольно сменяющимися группами интересов.

Реальные действия руководства страны мало соотносились с принятыми внешнеполитическими концепциями и стратегиями страны.

В результате отсутствие устоявшихся национальных интересов и дефицит действенной стратегии обрекли и продолжают обрекать Кыргызстан на реактивное поведение. Образовалась «дыра» в бюджете - значит, пора идти по миру и просить деньги на выплату зарплат бюджетникам. Отсюда и двадцатилетний парадокс: деньги получают, а развития все нет. Итог такого подхода иллюстрирует место, занимаемое Кыргызстаном в мировых рейтингах. Одна из беднейших стран СНГ и в компании стран Африканского континента. Еще один факт – ВВП современного Кыргызстан меньше, чем ВВП советского Кыргызстана.

Пока не приходится говорить о том, что внешнеполитическая деятельность государства обеспечивает цели развития страны. Поэтому в 2012 году особый интерес будут представлять внешнеполитические инициативы нынешнего главы государства, неоднократно заявлявшего о том, что приоритетом его деятельности будет развитие страны.

Следует отметить, что правление А.Атамбаева началось с неоднозначно воспринятых заявлений в его инаугурационной речи (декабрь 2011 года) и во время его выступления перед депутатами Парламента Турции (январь 2012 года).

Неоднозначны они хотя бы по следующим двум причинам.

1.Стратегическим партнером Кыргызстана определена Россия. Заметим, что это единственный стратегический партнер. И далее в речи говорится: «У нас с Россией и соседними странами – общая история и совместное будущее!». Напомним, что Кыргызстан соседствует с Казахстаном, Китаем, Таджикистаном и Узбекистаном. Тем не менее, получается, что Китай, США, Турция и другие крупные страны не определены в качестве стратегических партнеров. Далее, если главной целью внешней политики Кыргызстана является подчинение «...исключительно интересам народа», то, как оценить новый курс президента по отношению к группе стран, являющихся важнейшим внешним ресурсом развития Кыргызстана и его жителей? Данная ситуация усугубляется отсутствием сформулированных интересов народа и страны, а интересы разных элитных группировок не воспринимаются как интересы народа и страны (общенациональные интересы).

2.Во время первого официального визита четвертого президента страны определено еще одно направление кыргызстанской дипломатии: построение если не Великого Тюркского каганата, то «крепкого братства тюркских государств». Долговечные и эффективно функционирующие союзы государств выстраиваются на основе цивилизационных, экономических и исторических платформ. Отсутствие одной из них ведет к созданию недолговечных или формальных союзов, не играющих существенной роли в жизни государств-участников. На сегодняшний день Кыргызстан является участником многих союзов – ВТО, СНГ, ОДКБ, ШОС, ЕЭП и других. Особых инициатив или преференций для Кыргызстана в рамках многостороннего сотрудничества не отмечено. Преференции идут в рамках двусторонних связей. Более того, не факт, что мнение кыргызстанского президента разделяют его коллеги из Казахстана, Узбекистана, Туркменистана, тюркоязычных субъектов Российской Федерации (Татарстан, Башкортостан), автономного территориального образования Гагаузии в Молдове или Автономной Республики Крым в Украине или СУАР в Китае. Главы субъектов Российской Федерации и автономий ряда стран вполне обоснованно опасаются обвинений в сепаратизме со всеми вытекающими из этой угрозы последствиями.

Сегодня в мире существует четыре выбора судьбы для своей страны: коллективизм, изоляция, одиночество и интеграция.

Коллективизм – это когда страна не особо задумывается, правильно или неправильно действуют ее партнеры, а просто является частью какого-то образования и передоверяет своим партнерам решение глобальных проблем, связанных с безопасностью, обороной, внешней политикой, экономическим, социальным и политическим устройством, то есть жертвует частью своего суверенитета. Принято считать, что коллективизм является уделом малых стран.

Изоляция. Такая позиция характерна для стран с закрытыми внешнеполитическими системами, которые боятся внешнего вмешательства. Это страны, желающие «законсервировать» свой строй и опасающиеся любого внешнего воздействия, которое может быть прямым или косвенным.

Одиночество – это когда страна претендует на какую-то роль, но ее претензии не воспринимаются всерьез партнерами. Одиночество – не то же самое, что изоляция, но достаточно серьезный повод задуматься.

Интеграция – это устремление быть интегрированной частью международного сообщества. Интеграция предполагает наличие открытой политической системы. Существует достаточно тонкая грань между интеграцией и коллективизмом. Главное различие заключается в идентификации страной правильных или неправильных действий партнеров по союзу, и далее осуществление действий в интересах своего государства.

Кыргызстан имеет опыт работы в рамках коллективизма, изоляции и одиночества. За последние двадцать лет политика коллективизма Акаева сменилась изоляцией Кыргызстана во времена Бакиева, а события апреля и июня 2010 года обрекли страну на одиночество во внешнеполитическом пространстве. Возможно, именно стремлением выйти из одиночества объясняются разнонаправленные заявления и действия нового главы государства.

Практика показывает, что мы не сможем решить проблемы страны через коллективизм, изоляцию или одиночество. Провозглашенное развитие страны – это та задача, которая решается не столько привлечением иностранных капиталов, а использованием зарубежных знаний. Можно продвигаться вперед за счет собственных усилий, но это будет очень медленно, а можно быстро – через международную кооперацию.

Таким образом, вырисовывается перспектива – страна должна быть частью мирового сообщества и участвовать в мировых процессах.

С другой стороны, раскрытие страны без ограничений и лимитов приведет к тому, что ключевые позиции в экономике, а в конечном итоге - и в политике займут более конкурентоспособные иноземные партнеры. Это произойдет не потому, что они изначально враждебны Кыргызстану и пытаются таким образом развалить страну и поставить на колени. Это произойдет потому, что на сегодняшнем этапе они более эффективны, чем мы.

Что можно сделать в имеющейся ситуации?

У нас нет целей. Приведу китайскую поговорку: «Идущий к цели всегда обгонит бегущего без цели». Если посмотреть на набор наших внешнеполитических задач, то они неоспоримы: «Быть процветающим независимым суверенным государством, жить без конфликтов с соседями, обеспечить безопасность собственного населения». Но если разложить этот набор в виде планов для реализации, то они становятся непонятными, а значит - нереализуемыми.

Отсутствие общенациональных интересов и целей определяет в качестве единственной выигрышной внешней стратегии страны привлечение друзей и союзников.

Первоочередной задачей становится обеспечение автоматизма в провозглашении и реализации внешнеполитических интересов страны, а не групповых интересов властных элит.

Еще одной проблемной зоной является неразработанность модели разработки и определения внешней политики. В мире существуют две модели, по которым определяется внешнеполитическая стратегия.

Согласно первой модели президент опирается на одну из соревнующихся политических партий, а партии, в свою очередь, имеют внятные внешнеполитические платформы.

В нашей стране такая модель пока не сложилась по причине того, что у нас нет сильных политических партий, нет серьезной дискуссии по вопросам внешней политики. Все международные разделы программ всех политических партий похожи друг на друга: все «за мир и дружбу, чтобы не было войны». Это максимально общие фразы, не способствующие развитию серьезной политической дискуссии.

Вторая модель – это американская модель, когда при президенте существуют аналитические структуры. В случае США – это Совет Национальной Безопасности (СНБ), который вырабатывает рекомендации для президента. При этом американцы сумели обеспечить рабочую связь СНБ с гражданскими аналитическими центрами и обществом. Эта модель выстроена вертикально, и вся информация стекается в единый центр.

Безусловно, идеальных моделей не существует, они дают сбои и ошибки, но эти модели реально работают. Нам можно пойти по второй модели. Совет безопасности или Совет обороны должны начать заниматься не только вопросами обороны или границ, но и внешней политики как основного элемента безопасности страны.

Валентин Богатырев, руководитель аналитического консорциума «Перспектива» в своем выступлении отметил следующее: «Поскольку это первый официальный визит после избрания, то ему, традиционно придается очень большое значение. Я полагаю, что Алмазбек Атамбаев осознанно принял такое решение. Формально отметившись в России во время Саммита, он именно в Турции заложил первый камень в свою внешнюю политику.

Многие отмечают его эмоциональное выступление перед турецким парламентом. Не думаю, что он глубоко просчитывал все сказанное, скорее наоборот – Атамбаев действовал в эмоциональном пространстве, апеллировал к  своим внутренним ощущениям.

Не надо забывать, что Атамбаев все-таки член Союза писателей и человек, проведший очень много времени рядом с Чингизом Айтматовым, в частности, в рамках проекта  Центральноазиатской культурной инициативы. То есть для Атамбаева мир раскрывается, прежде всего, в эмоциональном пространстве».

Далее Богатырев отметил, что в речи президента КР содержится несколько важных концептуальных положений: «Атамбаев говорит, что Турция является примером в строительстве демократического государства.  Это полемика с теми, кто утверждал, что парламентаризм не в состоянии прижиться в Кыргызстане и может привести только к хаосу и развалу. Позже, во время встречи с журналистами в Стамбуле он уже совершенно однозначно скажет, что намерен завершить построение парламентской республики в Кыргызстане. Это новые ноты, поскольку во время предвыборной ситуации Атамбаев достаточно много говорил о несовершенстве принятой Конституции и необходимости ее изменения.

Другая важная тема – открытие Кыргызстана для турецких инвесторов. Мы помним, что история турецких кредитов и инвестиций в Кыргызстане была очень непростой и чуть не привела к осложнениям в отношения между странами. Сейчас Алмазбек Атамбаев персонально гарантирует инвесторам благоприятную среду и защиту.

Я, кстати, полагаю, что можно попробовать ввести совместные инвестиционные площадки в Кыргызстане для российских и турецких инвесторов. Например, на строительстве гидроэлектростанций или новых трансазиатских магистралей (железная дорога из Китая, вторая транскыргызская автодорога), создании современных курортных комплексов на Иссык-Куле, где может быть использован турецкий опыт. Но вот, согласится ли с этим российская сторона – вопрос.

В Стамбуле Атамбаев подчеркнул идею турецко-кыргызско-российской линии. Какую конкретно нагрузку она будет нести, пока не ясно. Озвучен только один возможный проект – совместная эксплуатация Центра транзитных перевозок в Манасе после 2014 года. Но я полагаю, что Атамбаев понимает эту идею в некотором кыргызскоцентричном смысле: он пытается представить Кыргызстан центром некоторой геополитической конструкции, подняв, тем самым его международный статус».

Далее Богатырев остановился на рисках: «Прежде всего, это вопрос о целесообразности именно для нашей страны вообще стратегии взаимодействия только с единичными внешними центрами силы, будь то Россия,  США, Китай или Турция. Дело в том, что любая такая приоритетизация сразу же создает множество проблем. Попадая в один лагерь, мы становимся заложниками его корпоративной идеологии и линии внешнеполитического поведения. От нас, например, будут требовать  поддержки интересов наших партнеров в международных ситуациях или в отношениях с третьими силами или союзами и блоками. Мы уже это несколько раз проходили».

Известный тюрколог, профессор Кадыралы Конкобаев рассказал о становлении кыргызско-турецких отношений в начале 90-х годов, особо  отметив образовательные проекты.

Вернуться на главную / Версия для печати